Среди моих друзей и знакомых много как профессиональных литераторов, так и любителей. Но очень мало кто из них, даже уже известных в литературных кругах, называет себя писателем. Тем больше было моё удивление, а потом недоумение, когда один знакомый сказал мне между словом, что он — писатель…
Я сама время от времени балуюсь окололитературными опытами, поэтому слова знакомого меня заинтересовали: «Вы писатель? И что же Вы пишете?» Ответ был — ну, угадайте с трёх раз!… Кто сказал «фэнтэзи?!»… Близко, но не то. Ну-ну…
Правильно!
— Фантастику…
Это становилось уже интересно. Дело в том, что (по случайному совпадению) я тоже пишу именно фантастику (ну а кто её сейчас не пишет?).
— А уже что-то опубликовали? (ну, грешна, не смогла удержаться от этого коварного животрепещущего вопроса).
— Да.
Моё сердце забилось как раненая птица. Мои-то рассказы были напечатаны всего лишь в тонком, неизвестном широкому кругу читателей, местном литературном журнале (проще говоря, — скорее всего, их никто не читал, кроме редактора этого журнала и, может быть, других авторов, опубликованных в этих же номерах).
— За свой счёт издали? — робко затеплилась в моём дрожащем голосе надежда на… ну, в общем, сами понимаете, на что… Парадоксально, но при всём желании каждого индивида чем-то отличаться от остальных, нас ничто так не радует как обнаружение своего сходства с другими (а я в своё время имела глупость издать пару книг за свой счёт).
— Нет, что Вы, — отмахнулся писатель.
— Так, значит, нашли спонсора? — из лабиринтов моей памяти медленно выплыла фигура одного из охранников нашей редакции: милый, обаятельный, скромный человек, фактически исполняющий обязанности вахтёра, закрывающий и открывающий двери, на самом деле никакой не охранник, а настоящий детский писатель: у него издано несколько книг. И именно с помощью спонсоров, заинтересовавшихся тем, что он пишет.
— Нет, сам, — гордо ответил знакомый. — Я публикуюсь на Прозе.ру. Можете почитать, сейчас дам адрес этого сайта.
— Не надо, — замахала я руками. — Я знаю адрес. Обязательно Вас там найду и почитаю.
В тот же вечер я зашла на страничку этого знакомого. Серенькая фантастика рядового поклонника Брэдбери и Стругацких, ничему, кстати, не научившегося у этих авторов.
— Тоже мне, писатель, — хмыкнула я, в недоумении закрыв страничку. — В таком случае я тоже писатель. Я ведь тоже публикуюсь на Прозе.ру. А ещё и поэт, потому что размещаю свои стихотворения и на Стихи.ру. Сколько их там нас, таких писателей и поэтов…
Мне кажется, для того, чтобы называть себя писателем или поэтом, надо иметь что-то большее, чем авторскую страничку в Сети. И даже своего литературного сайта для этого недостаточно. И даже одной или нескольких изданных книг — тоже. Сколько знакомых дарило мне «шедевры» со своими автографами — красивыми росчерками пера на титульном листе и полной бесталанной бредятиной дальше. Неужели это тоже писатели?
Я считаю, что гордое звание «писатель» присуждается человеку обществом. Если не Вы сами, а множество людей, Вам абсолютно незнакомых, называют Вас писателем, то тогда Вы, наверное, действительно этого заслужили. А пока Вы, скорее всего, просто начинающий автор. Или, что даже ещё вероятнее, — графоман.
Или я не права?
«В таком случае я тоже писатель. Я ведь тоже публикуюсь на ССЫЛКА Прозе.ру. А ещё и поэт, потому что размещаю свои стихотворения и на ССЫЛКА Стихи.ру» — хорошо) такой тонкий юмор.
Кстати, по поводу всех этих дел — если не читали — очень советую книгу Олди «Фанты для фэна». Не смотрите на название — книга очень классная. Их там же спросили, к примеру, как писать фанфики (подражания любимым вселенным, дополнения на основе готового мира). Дословный ответ:
— Никак. Пишите что-то свое.
Круфоко. Смешно, конечно. Но я просто забыла вставить ссылки! 🙂
А это оказалось тонким юмором 🙂 )))
Сейчас исправлю. Будет толстым. 🙂 ))
«Фанты для фэна» не читала. Я сейчас в основном научную литературу читаю. На художку времени уже не остаётся.
А так я поняла уже, что книга стоящая. Обязательно почитаю! Спасибо!
А ещё собираюсь почитать Стивена Кинга «Как писать книги». В своё время я очень много его читала, а до этой так и не добралась (кстати, это Вы мне о ней и напомнили, постом в своём блоге).
На мой взгляд название книги Кинга тоже отражает всеобщее желание стать писателями. Вот только интересно, почему никто не пишет книги «Как читать книги». А ведь кто-то говорил, что для того, чтобы стать хорошим писателем, надо сперва прочитать очень много книг.
Хотя Умберто Эко говорит «..чтобы стать хорошим читателем, необходимо стать хорошим писателем». Он очень даже прав, но, на мой взгляд, чтение — первично. Просто, когда сам пишешь, по другому читаешь. И я понимаю, что он хотел этим сказать.
Хмм… Галочка, да гори оно, это общество, синим сама знаешь чем! Сколько гениев, но непризнанных, и сколько совершенно никакой критики не выдерживающих произведений признаны шедеврами? Просто потому что один придурок имел смелость крикнуть «Да это же гений!» и тысяча других придурков это подхватили. Мою любимый Газданов вообще говорил так: «Когда известность достается настоящему, творческому таланту, это объясняется недоразумением: таковы примеры Марселя Пруста, Достоевского, Мопассана, из многочисленных почитателей которых едва ли одна десятая “ведает, что творит”.
Так вот. Не общество определяет искусство, а искусство общество. Ну, если уж совсем честно, то давай остановимся на паритете взаимовлияний. ))
И потом… система продвижения автора вверх к большому читателю у нас настолько несовершенна, что тут уж простите: чтобы общество оценило, оно должно хотя бы иметь право проголосовать рюлем за эту книгу. А оно даже книги в глаза не видело.
Я это определяю так для себя: писатель (в моем случае в значительной степени — поэт) — это особый способ мировосприятия, мировидения, мироверения. Я не знаю, поэт ли я: это решать не мне, не обществу, а проведению. Я только чувствую, что вижу мир, как поэт. Но мне не с чем сравнивать свое мировидение, потому это только догадка. А потом — внутри, а не по паспорту, я ощущаю себя таковым. Я определяю это как главное дело жизни. Может, этого достаточно, а может и нет. Но если уж совсем честно, мне глубоко поперечно, признает мои вирши общество: это не моя забота. Моя забота — творить))
Да уж, система продвижения автора, мягко говоря, несовершенна.
А что касается твоего мировоззрения, то, наверное, оно очень правильное. А в твоём случае — единственное верное. 🙂 Но многие уверены, что их забота — творить, не имея на это никаких оснований.
Кстати, после опубликования этого материала, у меня стало не 10, а 9 подписчиков. Видимо, кто-то узнал себя и отписался от блога. Даже догадываюсь, кто бы это мог быть. 🙂
Самое грустное, когда у пишущего человека нет чувства юмора. И он не может адекватно воспринимать критику. Его оскорбляет даже малейший намёк, что он, может быть, вовсе не гений. Это — признак того, что перед вами — точно графоман. Стопроцентный. 🙂
Не обязательно графоман! Есть масса примеров авторов — больших авторов, — которые воспринимали критику болезненно. Да практически все: творцы все-таки ранимые люди. Из эмигрантов только (поскольку они ближе всего мне сейчас))) могу сходу назвать — Поплавский, Алданов…
Спасибо тебе за добрый отзыв, но я вот не уверена в своей творческой состоятельности. Исходя из того же критерия читабельности, допустим, на Стихире я не очень популярна. Мне вообще большей частью не нравится то, что я делаю.
Эта тема у тебя связана с другой темой в блоге — по поводу критериев гениальности. Все это, конечно, субъективно, но есть некоторые критерии все-таки.
1. Новизна. Произведение должно нести мысль или делать ее подачу такой, как никто до него (Газданов это определял как создание собственного уникального мира в произведении, которого не было до этого автора и не будет после).
2. Техника. Она должна быть тоже индивидуальной. И мастерской. Если это рифма — то она д. б. неожиданной.
3. Большая литература всегда дает что-то читателю сверх того, что он знает (или осознает), что он понял. Литература — это всегда благородная миссия.
Это главное, мне кажется.
Иннусь, я не думаю, что читабельность — это критерий состоятельности автора. А особенно — популярность на Стихире и иже с ними. Это, конечно, здорово, что вообще существуют такие сайты, и я лично против них, как идеи, ничего не имею. Но что там в топах — сама знаешь. Так что об этом и говорить не стоит.
Редко кто бывает довольным тем, что он сделал в отношении творчества. Всегда кажется, что можно было бы и лучше, совершеннее.
Творцы — ранимы, это да. А художника обидеть всякий может. Но всё же, согласись, графоман по своему смыслу не такое уж бранное слово. 🙂
По первоначальному смыслу — нет. По ныне ставшему обыденным — очень))
Ну, не знаю.
Я, например, считаю себя графоманом: люблю писать (поэтому и профессию тоже выбрала пишущую), денег мне это не приносит (я имею в виду художественное творчество), времени трачу уйму (хотя могла бы заниматься и более полезными делами), в общем — удовольствие в чистом виде, и больше ничего.
Наверное, графоман отличается от писателя тем, что последний стремится стать профессионалом. а графоман только мечтает об этом. 🙂 Просто бывают более ли менее качественные графоманы, а бывают никуда не годные. Надеюсь, что я принадлежу к первым. 🙂
Хотя, наверное, ты права: графоман — обидное слово. Я сколько угодно могу называть себя графоманом, но если так скажет кто-то со стороны — скорее всего будет обидно.
Хотя зависит от контекста. Я вот сперва даже доменное имя хотела grafoman.ru — так нет ведь, уже занято. 😉